PrintDaily УкраинаPrintDaily Россия
Главная Статьи Страсти в Полтаве

Страсти в Полтаве

Страсти в Полтаве

Печать  E-mail 
01.03.2012 Игорь Агарков

Poltava_00

Опубликовано с разрешения редакции портала Printus
Оригинал статьи находится здесь.

 


 

На наш взгляд, в этой истории довольно много диких, непостижимых с логической точки зрения вещей. Заметный в Полтаве человек, депутат Октябрьского райсовета и владелец «Полтавської друкарні», организованной в 1993 г., Олег Дубровский скоропостижно скончался от рака легких в ноябре 2007 года. Жена Олега Алла Борисовна работала в типографии вместе с мужем, бизнес этот они на протяжении многих лет развивали совместно. И в принципе она была готова удерживать типографию на плаву. Да, собственно, некоторое время типография продолжала успешно работать.


Абсурд...

Забежим немного вперед. Проблемы бывают у всех, а в этом случае их появление вполне объяснимо. Но даже с учетом того, что оплата за машину в Полтаве не производилась длительное время, можно было найти выход из положения, пролонгировав долг либо увеличив срок рассрочки. Компании «Гейдельберг» можно было пойти на трехсторонние переговоры, с участием жены Дубровского и остальных наследников. Так было б по-человечески.

И ведь что интересно, невыплаченная по кредиту сумма (€75 тыс.) составляет менее трети от общего тела кредита (€266 тыс. – €191 тыс. было выплачено), то есть львиная доля была погашена, и эта сумма немалая! И исповедуй компания «Гейдельберг» другие подходы, «Полтавська друкарня» работала бы и по сей день, покупая материалы и прибегая к услугам сервиса. К тому же, Алле Дубровской были готовы подставить плечо инвесторы из других типографий, и это решило б ситуацию в один момент!

Даже оставшись без средств и производства, Алла Борисовна работает со значительным кругом клиентов, которые ей доверяют. Поэтому удивительно, чем думали представители «Гейдельберга», изымая машину...

Как это было...

У Аллы Дубровской были сложности с выплатой средств, так как машина числилась на Олеге Дубровском и ввиду этого она не могла открыть валютный счет. Поэтому между ФЛП Аллой Дубровской и компанией «Гейдельберг» было подписано дополнение к договору купли-продажи от 10.07.2006 г. с Дубровским О.В., согласно которого после выплаты оставшейся части задолженности машина переходила в собственность к Алле. Положения дополнения к договору с СПДФЛ «Дубровская» с физлицом не отличались от положений договора с Дубровским, не менялась и стоимость машины.

Speedmaster числился на покойном, он же выступал поручителем по договору. «Мы не смогли найти вариант, как мне выплатить деньги: ни один банк не открывал валютный счет, так как ввозила оборудование не я. Сделали дополнение к договору, по которому я была готова вносить ежемесячные платежи», -- комментирует Алла Дубровская.

Второе соглашение (между физлицом -- СПДФЛ Дубровской -- и компанией «Гейдельберг) на сегодняшний день не квалифицировано судом как недействительное (в договоре с дополнительным соглашением было указано, что Алла Борисовна возмещает часть недоплаченной суммы, после чего машина переходит в ее собственность). В зависимости от того, как развивались события, сторона «Гейдельберга», то «цеплялась» за подписанное дополнение к договору) утверждая: «Мы дали вам право платить, а вы не платили», то доказывали, что второе соглашение -- ерунда. «Они прислали мне и родственникам предупредительные письма, что есть просрочка, и в тот момент стороны «Гейдельберга» оперировала уже договором со мной, отставив в сторону договор с О. Д.», -- рассказывает Алла Дубровская.

Алла Борисовна свои платежи вносила наличными. Но наследники предполагают, что, даже выплатив всю сумму наличными, она вряд ли могла бы получить право собственности, потому что в 2009 г. «Гейдельберг» предоставил в суд выписку австрийского банка, в которой указана только сумма платежей, погашенных Дубровским при жизни. Никакие наличные платежи там не учтены, да и реально у Аллы Дубровской не было возможность платить в австрийский банк, так как для открытия валютного счета необходимо какой-то основание, товар, для оплаты которого он будет открываться. Однако товар (машина) «заехала» на Олега Дубровского.

Некоторое время Алла Дубровская передавала наличные средства представителям «Гейдельберг Украина» Дмитрию Костыреву и Александру Прокимнову. Алла говорит, что представители «Гейдельберг Украина» давали расписки с печатями, что они получали определенные суммы. Подлинность расписок определить довольно легко, ну а законность их должен определить суд. Но вот что интересно. Полтавский суд упомянул об этих расписках вскользь, а вот Высший специализированный суд Украины вынес определение, что это было добровольно оплаченные фирме суммы, поэтому они не считают, что эти платежи «Гейдельберг» должен возвращать.

В силу ряда причин машина простаивала и не зарабатывала средств. Эту ситуацию Дубровская доводила до сведения «Гейдельберг Украина» (Алла Борисовна обращалась с письмом к Винсенту Пирсону с предложением о подписании изменения к плану платежей с возможностью досрочной выплаты по Договору в апреле 2009 г.), который требовал в связи с создавшимися проблемами с погашением задолженности уплаты дополнительных средств.С декабря 2008 г. Алла Дубровская перестала вносить платежи за машину; она также информировала «Гейдельберг Украина», что машина не используется в производстве.

Собственно, настаивая на изъятии машины, «Гейдельберг Украина» и оперировал тем, что машина не может зимовать в неотапливаемом помещении, которое периодически обесточивается, и это приводит к порче машины. В то же время они настаивали, что поскольку условия хранения машины неприемлемые, помимо тела кредита необходимо выплачивать соответствующую пеню.

В марте 2009 г. сотрудник «Гейдельберг Украина» под видом профилактического осмотра проник на территорию типографии и едва ли не в процессе печати тиража изъял из машины электронный компонент, отвечающий за ее работу.

Poltava_01

Три года тянется эпопея

Сегодня интересы родственников Дубровского в судах представляет сестра Олега Дубровского Лариса. Она рассказала о примерном ходе судебных разбирательств и о событиях, связанных с изъятием Speedmaster. В течение трех лет Лариса Дубровская, мать покойного, его дочь от первого брака и Алла Дубровская пытаются завести уголовное дело против компании «Гейдельберг», но не могут это сделать, потому что (по мнению наследников) противоположная сторона банально проплачивает все решения.

По словам Ларисы Дубровской, «Гейдельберг», по сути, нажился, на горе женщин, не знающих, что и как делать, оставшихся без кормильца и идеолога бизнеса и пытающихся правильно оформить наследство, разобраться в ситуации и спасти бизнес... В момент, когда рассматривались дело по определению долей наследниками, «Гейдельберг» зашел в качестве третьей стороны без заявления собственных требований. Далее «Третья сторона» поменяла в суде свой статус и зашла с правом требования, подав ходатайство об остановке машины и остановив машину в марте 2009 года. Далее -- в августе 2009 г. -- «Гейдельберг» разослал всем наследникам письма о том, что они разрывают уже не существующий договор (с Олегом Дубровским), но родственники настаивают на том, что этот договор перестал существовать уже после смерти Олега.

Во время судебного заседания сторона «Гейдельберг Украина» просила о возможности изъять машину, дать им доступ к машине, с разбором части стены. На что был получен официальный отказ суда (с мотивацией, что судья считает это преждевременным, так как не решен имущественный спор между наследниками, и такое изъятие машины будет фактически означать прекращение спора. В судебном заседании был объявлен перерыв, и судья ушла в отпуск.

Юрист «Гейдельберг Украина» Екатерина Винаева оперативно составила совершенно другой иск о признании права собственности на Speedmaster, ДРУГОЙ (!) судья вынес решение об изъятии машины, при этом никто из наследников о факте проведения суда, закончившегося «Ухвалой», не знал. О наличии этого документа родственники покойного узнали по факту, а реализация решения началась очень оперативно. Это подтверждает и Алла Дубровская: «Никто не знал, что был суд, наследникам показали уже «Постанову про видкриття виконавчого провадження».

Poltava_02

Более детально о ситуации рассказывает Лариса Дубровская (со своей стороны даже не беремся комментировать эту информацию – просто дико!): «6 октября 2009 года Винаева обратилась ко мне по телефону с просьбой допустить ее к машине вместе с техническим специалистом, чтобы сфотографировать, в каком состоянии находятся основные узлы машины. Узнав от меня, что я буду уезжать в Москву, на следующий день рано утром она вместе со специалистом (с ее слов) была у ворот типографии. Зашла в помещение (сопровождавшего ее мужчину мы не пустили, так как не знали, кто он). Винаева сделала несколько снимков машины, Сказав, что сегодня уезжаю в Москву, я с ней распрощалась. Позже охранник мне рассказывал, что машина, в которую села Винаева, еще какое-то время кружила вокруг здания, осматривая территорию. Зная, что меня не будет в Полтаве какое-то время (с Аллой Дубровской мы в тот момент не общались), «Гейдельберг» четко рассчитал, что справиться с 75-летней беззащитной женщиной (мать покойного Олега) им будет проще.

На следующий день (7 октября) иск Гейдельберга «О признании права собственности на полиграфическую машину» был в том же Октябрьском районном суде, где уже полгода рассматривался другой иск «Гейдельберга» относительно того же Speedmaster-a «Про витребування майна з чужого незаконного володіння», при рассмотрении которого «Гейдельбергу» было отказано в изъятии машины.

К новому заявлению Гейдельберг приложил фото отдельных узлов машины (точно не машины Дубровского, так как эти части машины Винаева не снимала), на которых видны следы коррозии.

В тот же день (7 октября) «Гейдельберг» получает "Ухвалу", по которой суд разрешает разобрать несущую стену здания и изъять машину. Предоставленного судье Бурбак гонорара оказалось достаточно, чтоб в день подачи иска было вынесено решение в пользу "Гейдельберга", и не возникли вопросы:

• зачем подавать иск о признании права собственности, прилагая к нему договор, в котором четко прописано, что право собственности остается за «Гейдельбергом»;
• кому принадлежит здание, которое требует серьезного вмешательства (разборка несущей стены);
• имеется ли экспертиза для осуществления такого вмешательства в строение и заключение специалиста, каким образом можно проводить такое вмешательство без ущерба зданию;
• где доказательства того, что помещение, в котором хранится машина непригодно для сохранности машины;
• где доказательство того, что помещение, куда машину вывезут, будет пригодно для сохранности машины;
• как будет решаться спор далее, если машину изымут и отправят «на хранение» по адресу фирмы: Австрия, Вена, Хеббельплац, 7.

Дальше отрабатывала исполнительная служба Киевского района Полтавы. Тайна изъятия машины у наследников была четко соблюдена. Ни один из них не знал ни о решении суда, ни об открытии постановления об изъятии.

Зайти на территорию типографии представители «Гейдельберга» не смогли. Мать покойного Дубровского, которая находилась там с целью охраны, опираясь на решение суда, которым здание передано ей на сохранность, и на "Ухвалу" от 25 мая 2009 г. (здание опечатано исполнительной службой), ворота не открыла. Тогда их просто сломали. На территорию зашла Винаева в сопровождении исполнителя, милиции, заехали машины с рабочими, которых «Гейдельберг» привез из Киева.

В здание мать их тоже не пустила. Тогда рабочие выломали окно и через него проникли в здание. Потом начали разбирать стену.

Рыдающая мать позвонила мне в Москву, сказала, что разбирают здание, она ничего не понимает, ведь у нее есть решение суда, которым фирме отказано в изъятии машины.

Я дозвонилась Владимиру Мисиюку, спросила, что происходит. В ответ услышала, что он не в курсе, что происходит в Полтаве и ничем помочь не может. Разговаривала с Винаевой, просила не делать это на глазах рыдающей матери. Помочь ей я ничем не могла. Расчет «Гейдельберга» был понятен: я с Москвы приехать не успею, ну а с пожилой женщиной они справятся без проблем. Я задавала вопрос Винаевой – «Есть ли у Вас мать?». В ответ не услышала ничего.

Всячески пытались скрыть все происходящее с типографией от отца Олега -- Виктора Павловича Дубровского. Ведь он помогал Олегу и какой-то период времени работал вместе с ним. Не смогли, не уберегли. Обо всем он узнал из новостей местного телевидения. Так и не смог пережить этого. Инсульт в ноябре 2009 года, потом инфаркт, и в декабре 2010 г. его не стало. Я обещала ему не сдаваться.

Два года скитаний по прокуратурам, девять отказных постановлений. Дело на контроле в Генпрокуратуре. Несколько томов переписки с органами власти: Министерством Юстиции, Генпрокуратурой, обращения к депутатам Верховного Совета, комиссии по коррупции, к средствам массовой информации (отправляли видео и описание событий в «Критичну точку»). Пока результатов нет».

Итак, в том же месте, через которое машина заносилась при установке на предприятии, было сделано технологическое отверстие и была произведена выемка машины. Родственники Дубровского утверждают, что в процессе выемки не были соблюдены нормы, направленные на сохранение целостности здания, в результате чего оно получило повреждения. Кроме того, в 22 часа (хотя исполнительное производство не было закончено), исполнитель вместе с милицией покинул место событий, оставив представителей фирмы «Гейдельберг» практически грабить помещение Дубровского. Свои работы представители «Гейдельберг Украина» закончили в три часа ночи и, заделав проем, погрузили Speedmaster на машины и увезли его в Киев.

Спустя неделю, суд вынес решение о запрете отчуждения машины, и киевская исполнительная служба ПОДОЛЬСКОГО района согласно этой «Ухвале» наложила запрет на отчуждение.

Сестра Дубровского говорит, что «Гейдельберг» всячески скрывал, где находится машина. Как это ни парадоксально, в «Ухвале» суда было указано, что машина отправляется на сохранность в Австрия, на Хеббельплац, 7. Представители суда пытались разыскать машину, отправляли запросы в прокуратуру Подольского района, прокурор в телефонном разговоре с сестрой Дубровского сказал, что машина стоит на Константиновской, 75, но суд получил официальный ответ из прокуратуры, что машина прибыла на Константиновскую, 75 и через сутки покинула территорию Украины.

Интересным видится и механизм передачи машины. Юрист компании «Гейдельберг Украина» Екатерина Винаева предоставила суду документы, что она была уполномочена передать машину финансовому директору «Гейдельберг Украина» Александру Прокимнову, который (по еще одной доверенности) передал машину Карстену Герке (учредителю компании «Гейдельберг друкарські машини Україна»).

Наследники Дубровского утверждают, что, по мнению юристов, ни одна доверенность не апостильна, то есть в Украине они незаконны. Более того, суд просил Винаеву предоставить документы, согласно которым в момент передачи машины представители «Гейдельберг ОстЕвропа» находились в Украине, пересекали границу, но этого не было сделано. А кстати интересно! Зачем юристу «Гейдельберг Украина» вообще было передавать машину финансовому директору, чтобы он потом передал руководителю австрийского офиса? Сестра Дубровского говорит, что располагает документами исполнительной службы, согласно которых Екатерина Винаева в принципе не имела права передавать машину никому, потому что она лично расписалась за сохранность этой машины. Еще один проблемный момент, который непонятен. В договоре с Олегом Дубровским «Гейдельберг» предусмотрел страховку машины, и было четко прописано, что Дубровский оплатил страховку и это входит в общую стоимость машины. Суд просил предоставить соответствующие материалы (родственники считают, заключался контракт со страховой компанией в Австрии). На это требование Винаева со словами «Если хотите, переводите» предъявила некий документ на немецком языке. В итоге наследникам не удалось добиться возмещения страховых выплат, так как в договоре о покупке машины было только указано, что оплата производится покупателем, но сам страховой договор не прикладывался. По словам сестры Дубровского, Винаева сказала, что страховка предусматривала компенсацию только в случае мелких повреждений машины, а смерть покупателя страховым случаем не является.

Но дальше началось самое интересное. 25 февраля 2011 г. суд принял решение в пользу наследников, 17 мая Апелляционный суд оставил это решение в силе. Далее юристы «Гейдельберг Украина» подали кассационную жалобу в Кассационный суд, суд возвратил дело на дополнительное расследование, в результате которого было признано, что деньги, заплаченные Дубровским в счет договора, суд признал наследством ошибочно.

Здание типографии в настоящий момент находится в залоге у «Укрсоцбанка», и долг наследников по нему составляет $260 тысяч. Полтавским филиалом Харьковского института судебных экспертиз 26 января 2012 г. проведена экспертиза, а 26 февраля должно быть окончательное решение о степени повреждений, нанесенных зданию. Здание действительно серьезно повреждено, то есть начались конструктивные разрушения. Сместилась нагрузка, и существует угроза обвала части здания. Мы ждем, какой размер ущерба определит экспертиза, после чего посмотрим, как действовать дальше».

Наследники предполагают, что смогут апеллировать. Потому что попытки жаловаться на неправомерные действия исполнителей, которые допустили действия, вследствие которых зданию был причинен ущерб, на незаконное изъятие, о которым не были уведомлены наследники, не принесли результата.

Наследники Дубровского по-прежнему пытаются вернуть находящиеся в Австрии средства, а банк-кредитор («Укрсоцбанк») претендует абсолютно на все их имущество (поскольку после нанесения «Гейдельбергом» повреждений зданию, оно потеряло в цене). То есть, если наследники не рассчитаются за здание, оно (вместе с квартирой) останется в собственности банка.

В общем-то «скромная роль» компании «Гейдельберг» в этой истории заслуживает «восхищения». Жернова, в которые попали наследники Дубровского, вполне напоминают произвол, чинимый в Украине различными фискальными органами и силовыми структурами. Создается впечатление, что им никто не поможет!?

Подписание договора с типографией, работающей на развивающемся рынке, попытки добиться соблюдения его положений от наследников на рынке падающем, не растущем... Все это понятно. Но случай в Полтаве нам кажется выходящим за грани общечеловеческой морали. Вспоминаются воспоминания Коротича. Как во время оккупации на Черкасщине голые немцы мылись, не стесняясь украинских женщин и детей. Мотив? Они за людей не держали наших соотечественников.

С чем могут ассоциироваться действия «Гейдельберга» в Полтаве? С нормальным сотрудничеством и партнерством? Вряд ли! На определенном этапе вчерашний Клиент становится куском мяса – методы, которыми отправляют на бойню, тоже весьма своеобразны. Боролся тернопольский «Полиграфист», борются самостоятельно женщины из Полтавы, борется Вольф, своим путем пошли «Укрдрук» и «Макрос», отдав машины, но предпочтя сохранить отношения с «Гейдельбергом». И еще для нас загадка, и нам даже стыдно, что факты подобных действий практически не просачивались в отраслевую прессу.

Наследники Олега Дубровского требуют вернуть те деньги, которые были отправлены Олегом Дубровским в Австрию. Они считают, что согласно договора, который Дубровский подписал, право собственности к нему не перешло, но он, оплатив деньги в Австрию, имел право пользоваться машиной. Поскольку «Гейдельберг» лишил наследников права пользоваться этой машиной, он должен вернуть деньги, пускай за минусом износа («На сегодняшний день это еще и ущерб, который они причинили незаконным изъятием. Размер ущерба будет определен в судебном рассмотрении. Мы специально раньше этого не делали, так как «Гейдельберг» мог признать или не признать свою вину в нанесении ущерба. Но после проведения экспертизы, у нас появятся дополнительные аргументы»).

«Каждый человек надеется на чудо, и мы надеемся, что на нашем пути встретится порядочный человек в судебном производстве, который примет решение в соответствии с законом. У семьи Дубровских есть теперь свой отсчет времени -- жизнь до и после встречи с «Гейдельбергом». Хочется, чтоб полиграфисты Украины услышали нас. Не дай вам бог иметь бизнес с «Гейдельбергом», ибо ЭТО НЕ БИЗНЕС -- ЭТО ХОЖДЕНИЕ ПО ТРУПАМ, -- резюмирует Лариса Дубровская.

P.S. Здесь размещен релевантный фрагмент новостной телепередачи полтавского телевидения.

 
Прокомментировать
Для комментирования необходимо авторизоваться или зарегистрироваться

Добавлен 5 года, 6 мес. назад Автор: Александр Шойхет #396
Победили старушку доблесные гвардейцы Гейделя , история повторяется:"мамка,курка,яйко", ну и наши .... не знаю даже кто .
Добавлен 5 года, 6 мес. назад Автор: Максим Мережко #397
угу.. а если спросим Хайдель - наверняка услышим: "все в рамках закона".

интересно, понимают ли люди, с какой скоростью подобная информация разлетелась в русскоговорящем полиграфическом сообществе?
/и как бы там ни было - респект Игорю за качественный материал!/
Единственная книга о продажах в полиграфии на русском языке

PrintDaily в социальных сетях

Twitter TwitterFacebook FacebookGoogle+ Google+RSS RSS

Рассылка новостей

Популярные материалы

Комментарии